Татнефть главный геолог. По мнению главного геолога "Татнефти", создание "банка качества" нефти ведет к дискриминации ряда компаний

Воспоминания геолога А.С. Калимуллина. Татнефть главный геолог


По мнению главного геолога "Татнефти", создание "банка качества" нефти ведет к дискриминации ряда компаний

Заместитель генерального директора ОАО "Татнефть", главный геолог Раис Хисамов считает, что в этом году объем нефти, добытой компанией, останется на уровне прошлого года и составит 24,6 млн т. Об этом заявил на собрании акционеров ОАО "Татнефть", которое прошло 28 июня в Альметьевске. Сегодня отставание от уровня добычи прошлого года по месяцам незначительно, и оно может быть летом ликвидировано, считает Хисамов.

Заместитель генерального директора ОАО "Татнефть", главный геолог Раис Хисамов считает, что в этом году объем нефти, добытой компанией, останется на уровне прошлого года и составит 24,6 млн т. Об этом заявил на собрании акционеров ОАО "Татнефть", которое прошло 28 июня в Альметьевске.

Сегодня отставание от уровня добычи прошлого года по месяцам незначительно, и оно может быть летом ликвидировано, считает Хисамов. Главный геолог также сообщил о планах "Татнефти" в регионах: в текущем году планируется начать разведочное бурение в Ульяновской области; идет обработка геофизической информации в Чувашии, предстоят разведка, расконсервирование и ремонт скважин, создание инфраструктуры в "КалмТатнефти".

Р.Хисамов считает, что "при нынешней налоговой системе говорить о добыче битумных нефтей ("Татнефть" лидирует по России по объемам их запасов) просто не имеет смысла: с использованием сегодняшних технологий их себестоимость очень высока".

Комментируя свое отношение к проекту создания "банка качества" нефти, главный геолог ОАО "Татнефть" сказал: "Это дискриминация ряда компаний, прежде всего - Урало-Поволжского региона, работающих на старых, отработавших свой ресурс, месторождениях. Уместно напомнить, что в 70-ые годы "Татнефть" и "Башнефть" вложили немало человеческих и материальных ресурсов в освоение месторождений Западной Сибири, а сегодня там работают другие компании". Об этом сообщает TatNews.

Сюжеты: Татнефть

oilcapital.ru

Главный геолог - Большая Энциклопедия Нефти и Газа, статья, страница 1

Главный геолог

Cтраница 1

Главный геолог руководит геологической службой предприятия. Под его контролем осуществляется разработка всей геолого-технической документации и выполняются все геологические исследования.  [1]

Главный геолог руководит деятельностью геологической службы предприятия, несет ответственность за рациональную разработку нефтяных и газовых месторождений. Им осуществляется постоянный контроль за геологическими исследованиями, проходкой скважин и состоянием разработки месторождений.  [2]

Главный геолог руководит деятельностью геологической службы НГДУ, несет ответственность за рациональную разработку нефтяных и газовых месторождений. Им осуществляется постоянный контроль за геологическими исследованиями состояния разработки месторождений.  [3]

Главный геолог руководит геологической службой, несет ответственность за рациональную разработку месторождений, организует постоянный контроль за состоянием разработки, исследования скважин.  [4]

Главный геолог - заместитель начальника УБР направляет деятельность геологической службы предприятия, осуществляет геологический контроль за разбуриванием площадей и подготовкой запасов нефти и газа, организацию составления текущего и перспективного планов геологоразведочных работ.  [5]

Главный геолог руководит геологической службой, несет ответственность за рациональную разработку месторождений, организует постоянный контроль за состоянием разработки, исследования скважин.  [6]

Главный геолог промысла Петр Иванович Витугин, - представился молодой симпатичный человек.  [7]

Служба главного геолога - определяет политику объединения в области разведки района, разработки и эксплуатации месторождений и непосредственно направляет работу геологического отдела объединения.  [8]

Служба главного геолога - заместителя начальника НГДУ, которая направляет политику разработки и детального изучения геологического строения разрабатываемых месторождений управления и руководит геологическим отделом и НИЛ.  [9]

Главный маркшейдер и главный геолог организации не позже чем за один месяц письменно уведомляют руководителя ( главного инженера) организации о подходе горных работ к границам установленных зон, опасных по прорывам воды, глины, пульпы и вредных газов, а также о пересечении горными работами этих границ и выходе из них.  [10]

Протокол совещания у главного геолога АО Татнефть Р.Х. Муслимова по Программе комплексного изучения трещиноватости и промышленной нефтеносности верхнетурнейских отложений Бавлинского месторождения под проектирование разработки с применением горизонтальных скважин.  [11]

На Елгинском месторождении главным геологом АОЗТ Тат-нефтеотдача Шакировым А.Н. было отмечено занижение расчетных ( комплекс НГК-ГК) значений пористости и максимальной продуктивности. Действительно, проведение исследований методами ГГКП, АК и ЯМК дало более реальные значения пористости.  [12]

В 1996 году Главным геологом АО Татнефть Р.Х. Муслимовым было принято решение начать создание постоянно действующей модели Ромашкинского месторождения на основе АРМ геолога ЛАЗУРИТ.  [13]

Восьмой вариант предложен главным геологом НГДУ Иркеннефть Файзуллиным И.Н., в котором намечается забуривание 20 вторых горизонтальных стволов и 3 проектных вертикальных скважин.  [14]

Следует сказать, что взаимоотношения главных геологов двух разведочных трестов с Г. П. Ованесовым были не из простых, хотя на людях в большинстве случаев выглядели вполне корректными.  [15]

Страницы:      1    2    3    4

www.ngpedia.ru

50 лет НГДУ «Елховнефть» - Воспоминания геолога А.С. Калимуллина

Были дела в наше время…

Анас Сафиуллович Калимуллин работал в  1980-1995 годы главным геологом НГДУ «Елховнефть». Заслуженный нефтяник РСФСР и Татарской АССР, Заслуженный работник Минтопэнерго РФ, Почетный нефтяник объединения «Татнефть», награжденный орденами Дружбы народов, «Знак почета», А.Калимуллин  руководил геологической службой в очень трудные годы, когда планы добычи постоянно были под угрозой срыва. В конце прошлого года его не стало, а эти его воспоминания были записаны три  года назад.

 

Неподъемная задача

Самые тяжелые годы для НГДУ «Елховнефть» по выполнению плана добычи нефти были, пожалуй, 1979-1982 годы. Несмотря на все усилия коллектива, план мы никак не вытягивали. Мы не знали про выходные, работали днями и ночами, но все равно давать план было  очень трудно, просто невозможно. На что способный, грамотный руководитель был начальник управления Гали Ганиев, и он был не в состоянии поправить ситуацию. Такие напряженные планы, кроме нас, были, пожалуй, только у «Иркеннефти». Правда, в конце года, частенько занимая в долг у соседей, выходили по нулям.

Причина была не в людях, а в самом плане. Он был явно нереальный, необоснованный. Из недр можно добывать только то, что там имеется, и такими темпами, которые можно достичь при существующих технологиях. В те годы начиналась третья стадия разработки Ново-Елховского месторождения, добыча нефти объективно снижалась. Снижение это в планах в какой-то мере учитывалось, но в недостаточной степени. Без корректировки плана в сторону снижения, управлению суждено было постоянно находиться в числе замыкающих. По этому поводу мы обратились к руководству объединения «Татнефть», главному геологу Ренату Муслимову. И, в конце концов, был составлен реальный план, учитывающий особенности и возможности нашей житницы - Ново-Елховского месторождения. Снижение цифр было незначительное, но и план-то по добыче мы не вытягивали чуть-чуть. За это дело в институте ТатНИПИнефть отвечала грамотный специалист Просвиркина Надежда Васильевна, которой, можно сказать, в какой-то мере мы и были обязаны тем, что, наконец-то начали давать показатели, соответствующие отдаче коллектива нефтедобытчиков.

Коварство эмульсии

Хочу сказать еще вот о чем. В нефтедобыче есть такой момент, который при составлении планов добычи не учитывается. С наступлением осенне-зимнего периода, когда устанавливается устойчивая минусовая температура, когда земля начинает замерзать, дебит механизированного фонда скважин заметно снижается. При минусовой температуре водонефтяная эмульсия сгущается, становится более вязкой. Правда, если процент воды высокий, сгущения не происходит. Получается, у высокой обводненности тоже есть своя положительная сторона. Трансформации вязкости больше всего подвергается скважинная продукция при обводненности от 30 до 70 процентов. В те годы мы и работали в основном в таком коридоре. Часть мощности как электроцентробежных, так и штанговых глубинных насосов расходуется на то, чтобы вязкую эмульсию проталкивать через нефтесборную систему. Насосы ведь тоже работают как человеческое сердце, такая нагрузка для них непривычна. Это приводит и к остановке скважин, незапланированным подземным ремонтам. В начале зимы мы просто не успевали ремонтировать скважины.

Снижение достигает 5-6 процентов. Это – процесс объективный, средств борьбы против этого не придумано, остается только учитывать такое обстоятельство при закрытии. Про такое явление мне не приходилось читать  в специальной литературе, и в проектах планов, как я уже говорил, это не учитывается. В своей работе такой фактор я обязательно учитывал, откладывал кое-какой запас к наступлению зимы.

Когда я уходил на пенсию, обводненность в нашем управлении достигла уж 90 процентов. Про циклическую закачку воды, как метод борьбы против высокой обводненности, мы знали, но применять в более-менее значительных масштабах не могли: для этого тоже нужно было жить «с запасом».

Начальник всегда прав

Мне пришлось работать с тремя начальниками управления.

Залман Цодикович Гитлин был неплохим специалистом-нефтяником. Но могу сказать, что социальные вопросы его интересовали довольно-таки мало. Можете представить себе, что нет даже туалета на нефтепромысле. А мы так и жили.

Начальник объединения Агзам Валиханов, предшественник Гитлина по «Елховнефти, хорошо знавший про состояние материально-технической базы нашего управления, предложил взять для НПУ готовое помещение по улице Герцена, заселить там базу. Надо было провести отделочные работы и перебраться из неудобных времянок на Кичуйской базе. Можно сказать, ложку ко рту поднесли, осталось только проглотить. Но Гитлин не принял такое заманчивое предложение, потом и Валиханов махнул на него (получается, и на управление) рукой. Когда нет условий для работы людей, это же отрицательно действует и на выполнение плановых показателей. Не могу сказать, почему так поступил наш начальник. Возможно, жил, как говорится, с чемоданным настроением, возраст у него был предпенсионный.

После него управление возглавил Гали Газизович Ганиев. Это была очень трудная пора для управления. Именно в этот период наиболее остро давали знать о себе последствия необоснованного плана разработки Ново-Елховского месторождения. До сих пор помню, как генеральный директор объединения «Татнефть» Аклим Мухаметзянов каждый день с утра, в 6-7 часов, ругал нашего начальника за отставание в добыче. Как главный геолог, я понимал, что дело не в начальнике, не в коллективе, и мне просто жаль было своего руководителя. Какое у человека может быть настроение, когда день начинается с нагоняя. Сам Ганиев был очень человечный, с доброй душой, входил в положение своих подчиненных. И ругали его из-за каких-то жалких процентов, которые мы ну никак не могли дотянуть. Годовые планы мы, тем не менее, кое-как выполняли, приходилось идти на ухищрения.

Стабильно начали выполняться планы при следующем начальнике – Ардинате Галиевиче Нугайбекове. Вот при нем в цехах люди начали чувствовать настоящую заботу о себе. Ардинат Галиевич – человек очень требовательный. Он за достаточно короткий срок выяснил все узкие места, поставил конкретные задачи всем подразделениям, сумел вывести предприятие из отстающих. Но, повторю, без корректировки плана мы даже при Нугайбекове были бы вынуждены оставаться в числе замыкающих.

Вначале была лаборатория…

Ардинат Галиевич с первых дней проявил себя очень хозяйственным руководителем, показал деловую хватку, огромное внимание уделял обустройству, строительству баз управления в целом и цехов. О том, как при новом начальнике развернулась работа по созданию нормальных условий для работающих, я могу рассказать и на примере геологической службы,  которой руководил. Прежде отдельные кабинеты были только у главного геолога и начальника геологического управления. Весь геологический отдел (пять женщин-геологов) ютился в одном тесном кабинете. А геологические фонды располагались, стыдно говорить, в …туалете. В прямом смысле: туалет закрыли на замок и там разместили фонды. Контора управления (тогда  слова такого – офис - еще не было) сама размещалась в помещении бывшей лаборатории «Альметьевнефти», где тут развернешься!  При Ардинате Галиевиче начали возводить пристрой. И это тот случай, когда не пуговицу к шубе пришили, а наоборот, шубу к пуговице. Одноэтажная лаборатория превратилась в просторное трехэтажное административное помещение. Сейчас, говорят, достроили и четвертый этаж, видеть не приходилось, ездить здоровье не позволяет.

Геологическая служба заимела почти целый этаж, просторный кабинет отвели и под фонды. Отдельные кабинеты для главного геолога, для начальников геологического отдела и отдела разработки нефтяных месторождений. Да, у нас появился и такой отдел. Отдел разработки, без которого на третьей стадии разработки нефтяных месторождений просто невозможно работать, в других управлениях существовал уже годы, а у нас его не было до сих пор. Некому было выбивать штаты. А в выполнении плана по добыче этот отдел играет не последнюю роль.

Сернокислотная история

В нашем управлении впервые был применен ряд новых технологий по повышению нефтеотдачи пластов. Хочу рассказать об одной из них – закачке в продуктивные пласты серной кислоты. Идея была от ТатНИПИнефти, а на практике этим занимались мы. Технология эта, естественно,  кое-какой эффект давала. Она бы дала и вполне существенные результаты. Но для этого закачку надо было производить не на единичных скважинах. А как это сделаешь, если в одну скважину надо закачать до 700 тонн концентрированной, 76-процентной кислоты? Хорошо еще, она была дармовая. Кислоту мы возили из Уфимских нефтеперерабатывающих заводов, где она применялась для барбатизации, то есть для очищения, обезвоживания  высокооктанового бензина.  Для нефтепереработчиков это была лишняя головная боль: куда девать такие агрессивные отходы, да еще в огромных количествах? Кислоту нам отпускали за чисто условную цену - 30 копеек за тонну. И то только потому, что как-то надо было оформлять документы. Потом, когда узнали про наш интерес к отработанной кислоте, нефтепереработчики повысили цены на свои отходы.

Как бы трудно ни было, работали мы в удовольствие. Геология – это творческая, интересная работа.  Я до сих пор скучаю по тем дням, когда мы дружным коллективом боролись за большую нефть Татарстана, за елховскую долю в общем потоке.

Ирек Бадретдинов.

jubilee-elhov.tatneft.ru

50 лет НГДУ «Елховнефть» - Геолог А.И. Лябипова

Держись, геолог промысловый

В геологе должно быть…

Современный геолог должен сочетать в себе три вида качеств: внешние, внутренние и деловые. И все это неразделимо. Внешнее – от того, как выглядит геолог, зависит рабочий настрой людей, работающих рядом с ним, с утра и до конца рабочего дня. Внутреннее – это твое настроение; им надо уметь управлять, чтобы отношение к товарищам по работе было ровным, уметь найти к каждому свой подход. Плохое отношение чревато плохой работой. Производственные качества – это более понятно, сюда относятся  профессионализм, компетентность, организаторские способности и многое другое. Невольно вспоминается чеховское «в человеке все должно быть прекрасно…»

Высказанное – не сентенция журналиста. Так мыслит, этим руководствуется Аниса Лябипова, заместитель начальника ЦДНГ-5 НГДУ «Елховнефть» по геологии. Развивая свою мысль, Аниса Индусовна высказалась о сложностях, ответственности промысловой геологии: нефтедобыча начинается с геологической службы, от правильности принимаемых ею решений зависит успешность всех служб нефтепромысла.

Информация из недр

- Мы ничего не можем потрогать руками, ничего практически не видим, не работаем с качалками или насосами. Мы имеем дело с пластами, а они залегают глубоко под землёй. Мы, как кроты под землёй, в темноте, должны увидеть, что там происходит в глубине. Если данные у нас неправильные, или решения принимаем не те, все это отрицательно скажется на добыче.

Аниса Индусовна придает огромное значение работе с операторами, так как  часть информации о пласте черпается из проб скважинной продукции, а отбирают пробу операторы по добыче. На 4-й стадии разработки Ново-Елховской площади, когда обводненность большей части скважин превышает 90%, такая информация особенно важна.

«Главного геолога» нефтепромысла, понятно, на мякине не проведешь, подсунув пробу не с той скважины, до которой далеко добираться, кивая на дождь, непогоду. Ей лучше сказать правду, и если не получилось добраться до скважины, она ругаться не будет, наоборот, поможет с транспортом.

Ступени жизни

Трудно поверить, что эта элегантная женщина девять лет проработала электромонтером в городской электросети. Правда, лазать по столбам девушку не заставляли, работы и на земле хватало. Первая попытка поступить в институт сразу после школы оказалась безуспешной. Сидеть на шее родителей в те годы принято не было, тем более одной матери с её небольшой зарплатой нелегко было с двумя детьми. В электромонтеры, как она признается, устроилась по блату, так как ей тогда восемнадцати еще не было. Основательно подготовилась, корпела над учебниками и на следующий год стала студенткой вечернего факультета нефтяного института.

В НГДУ «Елховнефть» Аниса работает уже 25-й год. Поступила в лабораторию разработки нефтяных и газовых месторождений, занимались контролем и регулированием  разработки, вносили предложения по улучшению работы с пластами. Там задержалась недолго, через год девушку перевели геологом в ЦДНГ-5. За десять лет работы на промысле она освоила все тонкости промысловой геологии, работа эта пришлась ей более по душе, чем лабораторная. Однако ей вновь пришлось вернуться в ЦНИПР, на это раз уже ведущим инженером – руководителем лаборатории.

Есть у Анисы Индусовны и недолгий опыт работы в аппарате управления НГДУ, потрудилась она ведущим инженером отдела разработки нефтяных и газовых месторождений. На всех этих ступенях по крупицам набирала опыт, который оказался очень кстати в её нынешней работе. Когда главный геолог НГДУ предложила возглавить геологическую службу нефтепромысла, давая понять, что там не все гладко, надо будет немало приложить сил, чтобы объединить, сплотить людей, Аниса Индусовна ответила однозначно: «Пойду». Она знала про свои организаторские способности, еще в школе её выбирали классным старостой, комсоргом.

Конечно, за семь лет в цеху многое изменилось, кто-то ушел, кто-то пришел, но для Анисы он остался тем же родным. Промысловое хозяйство было знакомое, фонд тот же, что для геолога значит немало.

- Я производственник, не аппаратный работник, - признается Аниса Индусовна, - чувствую, что это моё, чисто моё. Работа очень даже беспокойная, но мне она по натуре. У нас каждый день проходит аврально, не получается запланировать день с утра до вечера. Всегда приходится решать что-нибудь оперативное. Или скважина перестает давать приток, или пластовое давление падает, или еще что…

Кнут и пряник

Аниса Индусовна сочетает оба принципа воспитания - «кнут и пряник»:

- Если человек сделал что-то хорошее, пусть и небольшое, почему его не похвалить? Доброе же слово воодушевляет человека, в другой раз он постарается сделать еще лучше.

К концу рабочего дня Аниса Индусовна часто созывает к себе в отдел несколько человек для беседы. Вот там и достается тем, кто хотел обмануть геологов: «Если ты не можешь мне объяснить, почему у тебя такая продукция, значит, ты на скважину не ходишь. Если не хочешь работать как следует, уходи». Еще раз напомнит, что неправильной информацией можно загубить скважину, принести миллионные убытки.

А если кто-то из операторов подходит к ней сам, выражает озабоченность тем, что состав пробы резко изменился, этот человек для Анисы Индусовны как родной, его волнует то же, что и геолога. Чем больше к ней заходят, значит, тем больше их интересует работа, чувствуется беспокойство за скважину. Общение с теми, кто по-настоящему болеет за работу, для Анисы Индусовны как бальзам для души.

– В 3-й бригаде работает Смирнов Володя, - рассказывает она.- Вот если бы все были такими, многих проблем у нас не было бы, это готовый мастер. Только хорошее можно сказать о Локманове Равиле. Во второй бригаде у нас теперь в основном молодежь. Отличный оператор там работал, Пухалев Михаил, на пенсию отправили. Ибрагимова Алсу прекрасный работник, она за каждой скважиной ухаживает как за своим ребенком. Шаймиев Хамза абый был примером для всех, теперь на пенсии. Жаль расставаться с такими работниками, да ничего не поделаешь, таков закон жизни.

О мастерах цеха Аниса Индусовна отзывается только с лучшей стороны. Исполнительные, обязательные, старательные, дело свое знают хорошо:

- Не было такого случая, чтобы они сказали «нет», в любое время сделают необходимое, понимают, что не для себя прошу. Сами, если надо, в любое время пробу снимут, уровень отобьют, все сделают.

К молодежи у Анисы Индусовны отношение неоднозначное. Это хорошо, что ребята приходят грамотные, большинство с дипломом, да многие больно быстро рвутся в начальники, не стараясь показать себя трудом. Их приходится воспитывать в работе, в том числе и геологам, вспомнить про кнут и пряник.

Геолога никто не заменит

Я Анису Индусовну на таком фоне сфотографировал специально, чтоб читателю было наглядно видно, какая работа у геолога-промысловика. В геологическом отделе несколько шкафов, набитых такими папками. В них вся «романтика» геологической службы…

Понятно, на скважины Аниса Индусовна тоже выезжает, тем более, есть моменты, когда геолога там никто не заменит. На ЦДНГ-5 приходится большой объем бурения в управлении, при отдельных моментах строительства скважин геолог там обязан присутствовать. При капитальном, подземном ремонте, опрессовке колонны, перфорационных работах – немало таких случаев. Ремонтники работают круглосуточно, следовательно, приходится ездить на скважины и в ночное время. Аниса Индусовна считает себя обязанной бывать на скважинах с проверкой и при их работе в обычном режиме, посмотреть, потрогать своими руками, но не часто это удается. В отпуск она уходит только на две недели, и то приходится, как говорят,  держать руку на пульсе. Геолог Земфира Биктемирова, которая остается за неё, специалист с опытом, но ведь и самой в иной раз бывает трудно разобраться, что к чему.

ЦДНГ-5 самый «хлебный» цех, дает четвертую часть нефти всего управления. Есть еще не выработанные запасы, перспективной себя показала 91-я залежь. Идет разбуривание, большой объем КРС, и для геологической службы во главе с милой женщиной, прекрасным специалистом Анисой Лябиповой работа продолжаетя круглосуточно.

Ирек Бадретдинов.

jubilee-elhov.tatneft.ru